02 июня 2015
Владимир Легойда
Журнал Фома: Июнь 2015 (146) №6
«Семья или карьера, дом или работа?» — казалось бы, один из главных вопросов современности. А ведь относится он, пожалуй, к категориям ложного выбора. Семья и работа — важные, но не альтернативные измерения человеческой жизни. Семья не может быть ни на первом, ни на втором месте. Потому что это — не часть жизни. Это и есть сама жизнь, из которой во многом все иное проистекает. Да, для женщины главное — материнство. Но разве для мужчины отцовство — не то же самое? И разве справедливость этих утверждений исключает наличие у каждого из родителей любимой работы или успешной карьеры?
В православной культуре семью называют малой Церковью. В первую очередь, я бы видел здесь не внешние параллели — определенная иерархичность, зоны ответственности, — которые, безусловно, должны быть в семье. Если Бог есть любовь, то Церковь — это нахождение в любви. Семья как малая Церковь должна стать именно царством любви.
Отношения между мужем и женой потому так высоко и ценятся в христианстве, что именно в них преодолевается отчужденность греховной человеческой природы, именно эти отношения предполагают максимальную открытость и обнаженность — во всех смыслах. Адам и Ева увидели, что они наги, и устыдились — грех заставил их видеть друг в друге чужого, заставил укрыть наготу. В прямом смысле слова люди сейчас без проблем обнажаются друг перед другом, но само по себе это никак не помогает их душам раскрыться навстречу друг другу. Как раз наоборот. Ибо не семья.
Дети. Каждый день ты открываешь для себя маленьких человечков: они твои, они находятся с тобой в одном пространстве и при этом постоянно заставляют тебя удивляться. И, пожалуй, наиболее отчетливое понимание того, что человек есть тайна, приходит как раз тогда, когда ты наблюдаешь, как растет твой ребенок. С мамиными глазами, бабушкиным носом, папиной походкой, дедушкиным характером — и в то же время совершенно другой, ни на кого не похожий.
Человек, который считает себя порабощенным заботой о детях и говорит, что дети его будут сковывать и мешать самореализации, сам себя обманывает. Семья не может быть помехой на пути к чему бы то ни было, и подтверждением являются многодетные семьи успешных по любым меркам современных людей. Нередко люди сами создают себе такие условия, в которых не могут выдохнуть, мужественно объясняя, что они все свое время и силы тратят на детей. Дело ведь не в том, сколько времени ты проводишь с детьми, а в том, как ты его проводишь. Чаще всего это верно и в случае с работой. Если человек «двадцать четыре часа в сутки» тратит на работу, порой это означает только то, что он просто не обладает достаточной квалификацией, чтобы выполнять ее в отведенное время (хотя, конечно, работа бывает разная).
Каждому человеку требуется время на себя: собраться с мыслями, сходить в храм, просто побыть одному, наконец. Точно так же любой ребенок, даже самый маленький, нуждается в личном времени, чтобы его не подавляло постоянное присутствие родителей, братьев, сестер. Это совершенно нормально. Почему бы в это время маме и папе не позаниматься своими делами?
Безусловно, семья накладывает на человека определенные ограничения, скажем, в плане проведения досуга. Но, опять же, я не вижу здесь ничего плохого. Если бы не было семьи, ты пошел бы играть с друзьями в боулинг? А чем хуже игра в снежки с твоим ребенком?..
Еще одна неверная, на мой взгляд, установка: «всё — детям». Помню, в одной хорошей книжке про воспитание детей я прочитал такой совет: если у вас всего одна сладкая мандаринка, совершенно не обязательно непременно отдавать ее детям. Для маленького ребенка это не всегда вкусно, и не будет никакой беды, если эту сладкую мандаринку съест кто-то из родителей (добавлю от себя — лучше мама)… Недавно, обсуждая со священником семейную проблему, я сказал: «Ведь мы стараемся сделать все для детей!» И вдруг услышал в ответ: «А Вы уверены, что это главное? Сейчас родители делают “все для детей” (как они это понимают), а выросшие дети бросают родителей, уходят из Церкви и прочее. Дети должны жить так, как живут родители. Не надо всеми силами стараться построить для них замок в королевстве, если вы живете в многоквартирном доме».
…Конечно, в отношениях мужчины и женщины, родителей и детей — всегда непросто отстраиваемых отношениях — не бывает алгоритмов. Чаще всего замечательные и умные советы — как и всё в жизни — на практике совсем не обязательно реализуются так, как обещала теория. Есть общие правила, но все-таки в семье не обойтись без тонких индивидуальных настроек.
Важно понимать: чем больше семья становится не частью жизни, а самой жизнью, малой Церковью, тем шире пространство любви. А есть ли что важнее и желаннее?
Владимир Легойда
Журнал Фома: Июнь 2015 (146) №6
Хозяин комнатушки, где пахло ладаном, а по стенам висели простенькие бумажные иконки, открыл дверь, впустил внутрь, аккуратно повесил на гвоздь подрясник с Золотой Звездой, сел на койку, отстегнул протезы вместе с ботинками, поудобнее устроился на застеленном одеялом матрасе и предложил: «Начинайте. Спрашивайте…»
Епископ Савватий называет себя деревенским епископом, после богослужения в кафедральном соборе пьет чай с народом Божиим в простенькой трапезной, и единственная привилегия архиерея заключается в том, что у всех пластиковые стаканчики, а у него – все-таки керамическая чашка. Потом он сядет в УАЗ-«Патриот» и поедет по своей епархии, у которой куда более древняя история, чем может показаться.
ЗВАНИЕ АРХИЕРЕЯ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ЗАЧАСТУЮ АССОЦИИРУЕТСЯ С ВАЖНЫМ, НЕПРИСТУПНЫМ И СТРОГИМ ЛИЦОМ В СВЯЩЕННОМ САНЕ. НО ЦЕРКОВЬ НАША – ЛЮБЯЩАЯ МАТЬ, И ЕЕ АРХИЕРЕИ – НЕ ОТОРВАННЫЕ ОТ РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ ЧИНОВНИКИ, НЕ КАРАЮЩИЕ БЛЮСТИТЕЛИ ЦЕРКОВНОГО ПОРЯДКА, А ЛЮБЯЩИЕ И ЗАБОТЛИВЫЕ ПАСТЫРИ, РАЗДЕЛЯЮЩИЕ БОЛЕЗНИ И СКОРБИ СВОЕЙ ПАСТВЫ. О ПАСТЫРСКОМ СЛУЖЕНИИ В ОТДАЛЕННЫХ УГОЛКАХ НАШЕЙ СТРАНЫ, ПРОБЛЕМАХ В ВОСПИТАНИИ ДЕТЕЙ И УГРОЗАХ СОВРЕМЕННОСТИ МЫ ПОБЕСЕДОВАЛИ С ЕПИСКОПОМ САВВАТИЕМ.
